всегда к тому же соотнесенного с родным ландшаф-том, создавая то высокое понятие «дома», где оберегают сами стены, где есть столб рода и куда возвра-щаются «блудные дети» за душевным равновесием.


Чтобы посмотреть этот PDF файл с форматированием и разметкой, скачайте его и откройте на своем компьютере.

Валиева Н.А.

ВЕХИ ПОИСКОВ РЕГИОНАЛЬНОЙ СЕМАНТИКИ

АРХИТЕКТУРЫ XX ВЕКА

Новейшие прочтения древнейшего жанра «жилище»

Дом и жилье.

Информсемантика традиц
ионой архитектуры жилища.


Современная история культуры, уйдя от обязательств жесткой заданности, остановилась перед мног
о-
вариантностью цивилизационной теории исторического процесса, обусловленного нелинейностью, сло
ж-
ностью, риском, но и возможностью без
давления попробовать разобраться в тенденциях развития, также,
как и в естествознании на рубеже
XIX
-
XX

вв.

Культура обогащается накоплением художественного опыта общества, как материального, так и д
у-
ховного, и потому невозможно механическое перенесение ка
кой
-
либо модели как единственно правил
ь-
ной, эталонной на почву других культур, хотя такие попытки делаются неоднократно расистами разного
толка с их презрительным отношением к «туземной» морали, истории и культуре.

Однако ключом в исполнении современного м
ирового оркестра художественной культуры является
«полифония» этнокультур, многоголосием утверждающая свою идентичность, сопротивляясь облуча
ю-
щей унификации жестких промышленных технологий, разрушающих природу и жестких социальных те
х-
нологий, ведущих к деф
ормациям в нравственной и духовной сферах общества.

Современному миру нужны интеллектуалы в архаическом значении, так как стерильно чистый пр
о-
фессионализм, лишенный моральных основ не заменит этику традиционного общества. Такие показатели
как характер труд
а и его престижность, критерии общего качества жизни стали играть б
ó
льшую роль, чем
оплата труда и уровень жизни и как следствие б
ó
лее бережное отношение к традиции, приверженность к
стилю «ретро», что приобретает постепенно цивилизационные масштабы, пото
му что каждая из земных
цивилизаций обладает собственным типом времени и своей исторической программой а также запасом
прочности таким же как и экосистемы, со способностью, к восстановлению нарушаемых равновесий этн
о-
культурного обезличивания и опустошен
ия.


Если же обратиться к естествознанию как аналогу, то при уменьшении биологического разнообразия
является верный признак энтропийных процессов живой природы, почти тоже происходит и в культурной
среде, теряющей свои прежние позиции. Природа и культура,
уставшие от перегрузок модернизации в
ы-
водят к реабилитации вытесненных форм мироощущения, уходят от крайнего духовного убожества чел
о-
века эпохи технологического могущества. «В принципе развития содержится и то, что в основе лежит
внутреннее определение, су
ществующая в себе предпосылка, которая себя осуществляет» этот
-

сформ
у-
лированный Гегелем императив имеет еще и нравственное содержание, относящееся к защите историч
е-
ского достоинства народов, их права на собственное культурное достояние, обретенное в ход
е тысячеле
т-
него развития. «К посягательству на заложенную в истории народов мноообразную логику культуры сл
е-
дует относиться как к опаснейшей из всех исторически известных экспроприаций. Похищенное богатство
может быть восстановлено, если культура сохраняет
ся, напротив любое богатство не спасет народ от
банкрот
c
тва, если иссякли культурные источники его бытия и подорвана его идентичность»
-

предрекал
Ален Турен еще в 1973 году.

Разрушение традиционной веры и обычаев результат безответственной «морали успеха»
, лишающей
человечество способности жить в долговременной перспективе, вводящей при этом в неразрешимую а
н-
тиномию: если есть развитие, то нет стабильности.

Доктринеры всех новых учений сетуют на народный менталитет, как на помеху их миропотрясающих
начинан
ий так как народная здоровая основа является хранительницей реального опыта.

«Фоновая» застройка, или, так называемые, «спальные» районы, построенные во второй половине XX
в., не имеют выразительных композиционных доминант, так как не задумывались целостн
ым ансамблем, а
просчитаны по радиусам доступности общественных зданий с механической точностью макетного прое
к-
тирования и потому лишены семантической сопоставимости в пространственных воплощениях. Вообще,
слабая дифференцированность всего пространства, не
внятность зонирования, отчужденость территорий
транзитного наполнения ведут к тому, что внутриквартальные и уличные архитектурные решения мало
отличимы друг от друга. Кроме того, теряется визуальная информация, которая в данном контексте отл
и-
чается хаотичн
остью, в которой нет иерархии точных информационных сообщений.

В отличие от «спальных» районов застройки традиционной архитектуры жилищ сразу завораживают
выразительностью, собранностью, органичностью, т.е. основными сведениями, необходимыми для пол
у-
чения
общего впечатления о сущности пространственной формы, что и составляет информсемантику,
имеющую свою структуру, воспроизводящую относительно точное представление. Семантическая точка
зрения подготавливает внешнюю реакцию субъекта, на элементарном уровне ра
скрывая ее логическое,
материальное и смысловое содержание, подготавливая более углубленное постижение эстетической сути
пространственного ансамбля архитектуры как многогранного информсообщения.

Здесь важны контур или силуэт при оптическом сопоставлении не
ба, зеленого окружения, поверхн
о-
сти земли и среды, построенной человеком. Здесь масштаб, пропорции, ритм в отдельности не несут ц
е-
лостной информации, но благодаря им любая застройка или приобретает, или утрачивает индивидуал
ь-
ность и соеобразие. Здесь факту
ра, колорит, солнечный свет придают ансамблю необходимую эмоци
о-
нальную выразительность, настроение.

Народные мастера умели чувствовать природу, ее материалы, выходя в своем поиске к единому и
н-
формационному потенциалу жилищного ансамбля, всегда к тому же со
отнесенного с родным ландша
ф-
том, создавая то высокое понятие «дома», где оберегают сами стены, где есть столб рода и куда возвр
а-
щаются «блудные дети» за душевным равновесием.

Тенденции развития жилища в горах.
Универсальность приемов планировки горного жил
ища.

Надо различать всевозможные формы структур и сочетаний жилищ от понятия «жилой дом», который
всегда индивидуален. Изобрести современное жилище


это создать новую среду для жизни человека за
в-
трашнего дня во всех областях его деятельности, где согласов
аны жизненный и человеческий масштабы,
обеспечивающие преемственность меняющихся представлений человеческого общества, приводящих к
постоянным переменам окружающего ландшафта


главной доминантой любого развивающегося во вр
е-
мени пластического архитектурног
о ансамбля жилища.

Постоянная потребность в жилище растущего города или поселка привела к формуле жертвования к
а-
чеством во имя количества более или менее комфортного жилья. В это время приходится тиражировать
производные производных примеров интернациональ
ного стиля, совершенно отбросив региональные
своеобразия в угоду плану привязок банальных безликих типовых проектов.

На качество синтагм городского организма как композиционно
-
пространственных составляющих р
а-
ботали многочисленные архитекторы, устраивая кон
курсы и выставки. Но тиражирование удачного реш
е-
ния приводит к его гибели, девальвации идеи. Первоначальный импульс, полученный зодчими от трад
и-
ционного, или фольклорного, языка архитектурных соотношений, выверенных временем, народное ум
е-
ние все пристроить
, приладить показывают совершенно изумительные примеры жилищных ансамблей.
Они постепенно исчезают с лика земли под натиском безудержной психологической атаки стройных р
я-
дов всего типового, как саранча, выедающего ростки прежней культуры материальной летоп
иси, которые
всегда неожиданны в своих проявлениях, всегда органичны в родных ландшафтах, а потому всегда духо
в-
ны.

При таком ускоренном коммуникативно
-
информационном нивелировании архитектуры и такой зав
и-
симости от способа хозяйствования, от уровня изолиро
ванности от столбовых дорог развития зодчества
архитектура жилища оказывается самой беззащитной.

От лозунга «Жилище


машина для жилья», провозглашенного Ле Корбюзье в Афинской хартии, и
с-
ходит восторг, который до такой степени возвеличил культ машин, что С
овременная архитектура, будучи
функциональной, стала отправлять свою «главную» функцию


функцию машины


почти как религио
з-
ную. Пророки Современной архитектуры вскоре сами стали вырываться из ими же созданных тисков
жесткого регламентирования архитектурны
х решений. Архитекторы же, исходившие из примата природы,
ландшафта, органичности, всегда решали поставленную задачу как единственную для данного места и н
е-
возможную для размножения, при котором почти всегда происходят механические эпигонские превращ
е-
ния [
1, с.102

104].

Народные застройки старинных горных поселений, напротив, на протяжении своего существования,
развиваясь и меняясь в размерах, как живой организм, по мере роста, демонстрируют постулат динами
ч-
ной архитектуры. Удивительно гармонично освоение с
клонов гор террасами, где каждый ярус самодост
а-
точен, но вместе с тем составляет, как по вертикали, так и по горизонтали, соседские общины в единое ц
е-
лое. Строгие требования к необходимому уровню благоустройства не дозволяли никакого неуважения к
соседям,
исполняя роль регулятора чистоты, так как двор верхнего образования являлся крышей нижнего.
В то же время одинаковая доступность солнцу позволяла инсолировать все помещения почти в равной
степени. Композиция всего поселка, богатого пластикой, как бы произр
астающей из неистощимых пр
и-
родных форм, поддерживала единство окружающего ландшафта неким утверждающим аккордом. Мел
о-
дии речек в долинах эхом отзывались в фонтанах селения с непременной модуляцией в архитектуре малых
форм. Набирая чистую воду источника, се
ляне обменивались новостями, т.е. самой первичной информ
а-
цией. Таким образом, фонтаны были первым звеном в цепи создания иерархии общественных пр
о-
странств, главные из которых были сфокусированы на площади у храма и торжища.

Приведенные общие черты с той ил
и иной долей вариации исследователи наблюдали еще в первой
половине XX в. в таком интересном в этнографическом аспекте регионе, как Черноморский горный: и на
северном Кавказе, и в Закавказье, и в Малой Азии, и на Балканах, и в Крыму.

Приемы возведения сами
х зданий, планировочные доминанты, детали интерьера и экстерьера нас
ы-
щены семантикой древнейших культур, расцветавших, несмотря на постоянные катаклизмы, как приро
д-
ные, так и неприродные, всякий раз, когда из генетического кода народа возрождался пространс
твенный
строй души. И такая древнейшая материальная книга с пренебрежением отставлена в дальние уголки би
б-
лиотеки под натиском массовой типовой архитектуры второй половины XX в., стирающей из памяти все,
заставляющей истинную культуру отступать перед напор
ом суррогата.

Впрочем, за неимением «пророка в своем отечестве», импульсы горной архитектурной семантики
можно увидеть как сенсацию в северном полушарии, например, на выставке в Монреале «Хабитат II» в
ансамбле архитектора Моше Сафди [2, с.26

28].

Швейцарс
кие архитекторы Фриц Стэк и Рудольф Моли творчески использовали древние прототипы в
своем комплексе террасных домов в городе Цуге.

Технические возможности, продемонстрированные в решении серьезной строительной задачи


во
з-
ведении высотных домов,


через оч
ень короткое время привели думающих архитекторов к террасной з
а-

стройке, так как богатство пластики позволяет создавать цельные ансамбли без негативных шлейфов
небоскребов


«чуда архитектуры XX века».

Небоскребы, прочитанные семантическим языком, обладают
всем набором отрицательных характер
и-
стик, не учитывающих пропорций человека, подавляют эстетические и эмоциональные положительные
переживания от архитектуры, как силуэтом, так и пластикой. Как реакция на психологическое подавление
людей, происходит пересмо
тр бездушных глобальных параллелепипедов с позиции масштаба человека,
что позволяет сделать террасы, то есть сдвинуть этажи по вертикали во всевозможных вариациях матем
а-
тических структур. Бесконечные модели комбинаций приводят к сложным орнаментальным комп
озициям,
причем они часто могут быть оторваны от условий реального жизненного пространства.

Рассмотрение души человека математическими методами на уровне макетного проектирования, да
еще и в условиях энергетических кризисов, ведущих к сомнительному коммуна
льному обеспечению,
вскоре приостановили тотальное увлечение структурами, заставили проектировать скромные по объему
здания с энергетическим обеспечением нетрадиционными источниками энергии, то есть солнечными, ве
т-
ровыми, биологическими. Появилось понятие
«биодом», или экологический дом. Под этими девизами с
о-
здаются новые направления и школы.

Но революционный пафос Паоло Соляри, ратующего за создание города
-
здания Солнца, опять своими
макроразмерами совершенно подавляет человеческие. Такое образование броса
ет вызов природным д
о-
минантам, настаивая на своем приоритете исключительности. Космологические «болезни левизны» арх
и-
тектуры, сделав круг, приводят к истокам фольклора, к душе как главному импульсу символической арх
и-
тектуры, к изучению языка пространственн
ой пластики народного зодчества.

Рассмотрим жилой дом в турецком городе Адане архитекторов Севки Ванлы и Доруна Памира как
немногочисленный пример попытки соединить в решении нового жилого дома требования современной
архитектуры и традиций пространственной

организации. Дом предназначен для состоятельной семьи.
Композиция основана на непрерывном перетекании пространств внутри здания, что отражено в пластике
фасадов, традиционно белой наружной отделке, способствующей поляризации света. Черепичная крыша,
окна
и двери из натурального специально пропитанного дерева подчеркивают народные строительные м
а-
териалы, а простота и элегантность соотносимы с окружением и позволяют надеяться, что при затрате н
е-
больших средств можно прийти к ансамблевой застройке, если внима
нительно прочитать книгу народного
зодчества, что поможет возродить язык художественных традиций, пластики пространственных пропо
р-
ций [3, с.102

103].

Архитекторы должны возрождать новые системы, то есть новые органичные композиции, отвеча
ю-
щие и психологиче
ским, и общественным запросам человека. Это удалось сделать турецким зодчим.

А в архитектуре анатолийского жилого дома, вобравшего в себя вечно живую конструктивную фун
к-
циональную ясность, необходимую для создания гуманистической среды застройки жилища тра
дицио
н-
ными материалами, зодчий получает импульс новой пространственно
-
художественной концепции для
следования духу места, а не буквального воспроизведения прежних форм.

Рис. 10. «Тенденции развития жилища в горах». Архитектурные составляющие коллажа: тради
цио
н-
ная застройка, вид с реки Янтра, г. Тырново, Болгария; ансамбль жилого комплекса архитекторов Фрица
Стэка и Рудольфа Моле, г. Цуге, Швейцария.

Реконструкции туристических комплексов.
Матрица реконструкции при погружении в стихию этн
о-
графической оригина
льности.

Индивидуальность каждого древнего поселения, последовательно развивавшегося во времени, пост
е-
пенно переносится на город, а потом и на крупное градостроительное образование, зачастую определяя
его характерный облик. Таким образом, первоначальный по
селение


это ядро семантической клетки, к
о-
торая делением и умножением переносит характер назначения на весь организм мегаполиса.

Древнейшее образование оазиса Чач, переросшее за тысячелетие в город Ташкент, к
X

в. имело 12 в
о-
рот, а вся территория была пер
еплетена системой каналов


своеобразными кровеносными сосудами гор
о-
да. Ограничение роста города крепостными стенами привели к созданию удивительной ткани жилой з
а-
стройки, сохранившей жизнеспособность до XX в., когда индустриализация строительства вынудила

пр
и-
вести к единообразию все на всех широтах. Большая часть города была подвергнута этому процессу, но
стойкой зоной непонимания оставалась первоначальная территория, давшая жизнь городу, не приобще
н-
ная к благам цивилизации, отлученная от возможности посту
пательного развития, находящаяся под угр
о-
зой полного сноса.

Такое подвешенное состояние продолжалось не год и не два, а десятилетия, воспитавшие не одно п
о-
коление. Всякие изменения в собственном дворе карались административными мерами. Но главной пр
о-
блемой
, конечно, оставалось коммунальное обеспечение. Люди, живя в центре огромного мегаполиса,
пользовались доисторическими удобствами. Многие зодчие ломали головы над этой проблемой, а туристы
прямым ходом направлялись именно в эти неповторимые по своей планир
овочно
-
пространственной
структуре части современного города, чтобы прочувствовать то самое погружение в стихию этнографич
е-
ской оригинальности, за которым, собственно, сюда и приехали [4, с.4

8, 29

31].

Прошло много времени, прежде чем власти города смогли
оценить потенциал ветшающей застройки
народной архитектуры, ее художественно
-
технические достоинства как черты истинно талантливого пр
о-
явления фольклора. Не сносить, а изучать и помогать постичь законы местного формообразования вечно
изменяющейся и восстан
авливающейся структуры, динамично отвечающей насущным вопросам, поста
в-
ленным временем,


это задача, которая должна решаться всегда деликатно, уместно, на своем знаковом
языке. Язык этот, развиваясь во времени, отражал перипетии становления общества своими

пластическ
и-
ми законами, понятными для народных мастеров и их заказчиков. Цеховая организация ремесленников не
допускала неопробованных приемов или неорганичных включений в свою сложившуюся систему эстет
и-
ческих представлений. Место и назначение постройки о
пределяли пропорциональными человеку разм
е-
рами и по вертикали, и по горизонтали. Творческое следование запросам семьи при ее увеличении или
уменьшении вело к периодическому подновлению постройки в течение летнего сезона, переборкой по
д-
гнивших стоек или бал
ок фахверкового каркаса с традиционным материалом заполнения


всегда готовой
для подобных случаев, хорошо вымоченной под солнечными лучами глиной [4, с.13

14].

Многие древнейшие цивилизации в строительстве огромных сооружений достигали существенных
технич
еских и художественных результатов, используя только лессовую строительную глину, обжигая
или применяя ее в сыром виде.

Современные французские исследователи, работая с этим материалом в северной Африке, пришли к
выводу, что возможности данного строительно
го компонента далеко не исчерпаны. Монолитное многоо
б-
разие пластичных фантазий железобетона можно с долями поправок на сроки созревания переносить на
глинобетон, особенно там, где он применялся не одно тысячелетие. Экологичное деревянно
-
сырцовое ж
и-
лище, ко
нечно, недолговечно, но, являясь прообразом художественной системы, имеет право на уваж
и-
тельное к себе отношение без противопоставлений благам современных норм


инсоляции, санитарной
гигиены, допустимой радиации и прочих показателей здоровой жизни.

Диалек
тический постулат отрицания отрицания, сделав количественные круги развития, видимо, з
а-
дает свой новый качественный вопрос о преобразовании в современном зодчестве древнейших, как мир,
строительных материалов. Дворцы из стекла и бетона, конечно, хороши в с
нах. В реальности же


не вс
е-
гда и не везде, как убеждает практика массового строительства второй половины XX в. За этот небольшой
срок, с точки зрения практики тысячелетнего строительства, у потребителей появилось немало претензий
различного порядка к жил
ищу, предложенному веком прогресса и индустриализации. Они выявляются в
нежелании покидать дома на земле, хотя и ветхие и без удобств, менять их на блага секционного дом
о-
строения. При разрушении родового дома рушится прежний уклад семьи. Рушится и более гл
убинный
пласт: уходит в небытие определяющий психотип жителя квартала, города. Наверное, это неизбежный
процесс, но всегда ли он идет под положительным знаком? Почему исчезнувшие виды животных и птиц,
призывы клонировать их снова из клеток уцелевших чучел
на благо разнообразия жизни в природе выз
ы-
вают горькое сожаление о тупиковых путях развития биотипов? Стремление же к унификации, стандарт
и-
зации и типологии в архитектурном творчестве до сих пор не сняты с повестки дня, когда речь идет о ма
с-
совом жилище! Э
тот парадокс


совсем не гения зодчества друг.

Каждый архитектор, еще не родившись, априори уже должен быть обеспечен работой на многие годы.
Практически же он не востребован обществом, утерявшим красоту логического осмысления работы ко
н-
струкций в вечно не
постижимом пространстве и быстро текущем времени. Только немногим целеустре
м-
ленным зодчим при благоприятных обстоятельствах удается пробить брешь в подобных проблемах мн
о-
гих исторических городов со своим лицом. Архитектор
-
планировщик Рам Л. Сети из Ахмадаб
ада, решая
проблему реконструкции центральной части города чрезвычайной плотности, построенной в 1420 г., п
о-
дошел в поисках идеи к конкретной форме, в соответствии с которой были выявлены все нужды


соц
и-
альные, культурные, экономические, административные,

композиционные. Соотношения между ними п
о-
стоянно учитывались на первом этапе проектирования элементов, рассматриваемых в качестве «модулей»:
модулей социальных группировок; модулей подхода к сооружению; композиционных модулей [5, с.72

74].

Непрерывные сво
бодные пространства связывают и объединяют группы жилых секторов, а сектора в
жилые образования. Каждый самый мелкий элемент связан с самым крупным. Такое градостроительное
решение учитывает сложные исходные данные участка реконструкции 9 га с численностью

населения 11,5
тыс. человек , что составляет 1,92 тыс. семей при среднем количестве 6 человек в семье. Все обществе
н-
ные, торговые, учебные заведения размещаются проектом на самых просторных территориях. Занятая на
работе часть населения, направляясь на ра
боту и возвращаясь домой, при пересечении этих пространств
постоянно контактирует с расположенными в каждом секторе движения пешеходов ремесленными ряд
а-
ми, всегда сопутствующими традиционной жилой застройке с местами приложения труда. Весь комплекс
работ п
о реконструкции распределяется по очередям, чтобы не выселять сразу всех жителей на время
строительства.

При возможном множестве методов реконструкции ткани исторической жилой среды, регулируемой
памятниками архитектуры по высоте, выявленной охранной зоной



законом для фоновой застройки а
н-
самбля


привлекает внимание предложение с максимально бережным отношением к сложившемуся в т
е-
чение веков характеру возведения зданий.

Архитектор при этом разрабатывает генплан участка, подводку сетей коммуникации, сохран
яя в то
ч-
ности геометрию существующих участков, соблюдая основные и обязательные положения СНиП по п
о-
жаробезопасности, сейсмостойкости, то есть берет на себя роль координатора процесса реконструкции
всей застройки в едином ключе и определенной технике, сохр
аняя и передавая культуру строительства на
новом качественном уровне современного жителя исторического города.

Предлагаемая для апробации жилая группа из трех соседствующих домов расположена на берегу ар
ы-

ка Каль
-
кауз, протекающего по северо
-
западной части
старого заповедного Ташкента. Выбор объясняется
своеобразием расположения дворов и водного русла. Каждый дом изолирован и независим от соседнего и
в то же время связан тесными семейно
-
родственными узами, так как в них проживают сложные многоде
т-
ные семьи, л
юди разных поколений. В такой ситуации задача архитектора


«не навредить», сохранить
сложившиеся отношения людей в окружающей, родственной им среде проживания, чтобы развить пол
и-
фонизм, присущий истории торгово
-
ремесленного города, так привлекательного дл
я путешественников.
На сохранившихся с эпохи средневековья улочках туристам полнее и отчетливее представляется прошлое
города. В существующих уже сегодня зонах активного посещения туристами последние стремятся глубже
понять, почувствовать местный ритм жизн
и, познакомиться с обычаями, традициями, этнографическими
особенностями быта, ремеслами, с изюминками национальной кухни
.

Восстановленная среда, а не отдел
ь-
ные памятники может и должна стать главным потенциалом привлекательного для туризма города.

Рис
. 11. «Реконструкции туристических комплексов». Архитектурные составляющие коллажа: трад
и-
ционная застройка, г. Гурзуф, Крым; архитекторы Севке Ванлы и Дарун Памир, жилой дом, г. Адан, Ту
р-
ция.

Митра. Тенгри. Гелиос…
Знак солнца


пожелания добра, удачи, бла
годенствия.

Архаический горный орнамент состоит из геометрических фигур: розеток разных видов, ромбов, кр
е-
стов, спиралей, двуспиралей, происходящих от символики солнечного культа древних скотоводов, выр
а-
жающего психологию создавшего его народа, силу и энер
гетический потенциал его искусства.

Самим географическим расположением Крым вовлечен южным морем в свою орбиту, потому в стр
о-
ительстве издревле практиковалась широтная ориентация с полным раскрытием югу и совершенной из
о-
ляцией от севера. Жилой дом, с юга у
крашенный террасами, верандами, балконами, лоджиями, на север
позволял открывать лишь маленькие глазки крохотных окон. Подобная планировочная традиция указыв
а-
ет на очень пристальное внимание неизвестных народных умельцев к климатическим особенностям рег
и-
он
а и их учет при прогревании дома пассивными гелиосистемами [6, с.11, 45, 50].

В 70
-
х гг. XX в. многие индустриально развитые страны, столкнувшись с энергетическим кризисом,
вынуждены были искать альтернативные источники энергии, не зависящие от колебаний п
олитической
погоды. Энергия солнца, ветра и воды при умелом обращении не вызывает экологических осложнений и
легко преобразовывается в тепловую и электрическую. Она частично уже служила человеку с давних вр
е-
мен: ветряными мельницами, аккумулируясь в парник
ах, знанием часов приливов и отливов и т.д.

В результате поисков и исследований гелиодома по системам преобразования гелиоэнергии в эле
к-
трическую и тепловую стали разделять на несколько типов: пассивные, активные, интегральные. Жилые
дома с пассивной гелио
структурой относят к биоклиматической архитектуре, когда южная поверхность
фасада представляет собой полностью остекленную плоскость, все прочие стороны ограждаются стенами,
имеющими минимальные светопроемы в целях сокращения светопотерь.

Первоочередным ус
ловием расположения гелиоприемников активной системы является максимальное
количество получаемой солнечной энергии. Ориентировать гелиоустройство в северном полушарии цел
е-
сообразно не строго на юг, а со смещением за запад в пределах угла 15 градусов, при э
том подхватывается
направление гелиотермической оси. Угол же наклона к плоскости горизонта зависит от режима и периода
работы гелиоприемника для полученной суммарной солнечной энергии и равномерного ее распределения
при потреблении, а также от использовани
я пространства за стеной установки.

Сдвижка квартир в террасном доме позволяет использовать в качестве гелиоприемников стены
-
кровлю и парапеты террас. Эти площади обеспечивают 100
-
процентную потребность теплоснабжения.
Южные фасады состоят из окон и гелиоп
риемников в горизонтальном и вертикальном направлениях, а
также могут представлять собой полностью полосы террасных структур гелиодомов на склонах. Класс
и-
фицируя гелиодома но типу, можно различать террасные на рельефе, террасные на горизонтальной пло
с-
кости

до 5
-
ти этажей, а также до двух уровней. Эта классификация показывает достаточную градостро
и-
тельную маневренность, чему способствует и техническое совершенствование активных систем с реле
й-
ным слежением за освещенностью горизонта и преобразованием гелиоэне
ргии в комфортное снабжение
удобствами без дорогостоящей прокладки внешних инженерных сетей в труднодоступные районы с резко
пересеченной местностью.

Биобезотходная система хозяйствования позволяет надеяться на постепенное возвращение заброше
н-
ных дальних г
орных сел в полноценные современные информационные системы с потенциалом на буд
у-
щее. Солнечные страны с наибольшей инсоляцией


Испания, южная Франция, Италия, Турция, Кавка
з-
ские, Балканские, Центральноазиатские страны, Индия, Ближний Восток, Центральная А
мерика. Здесь
возможен широкий диапазон использования солнечной энергии: от теплиц до сверхчистых заводов для
получения космических химических соединений, невозможных в других условиях.

Факторы непосредственного влияния на качество


метеоусловия и типоуло
вители. Особенно благ
о-
приятными режимами располагают территории между 10 и 40 параллелями, где солнечные установки м
о-
гут быть использованы в малых производствах по переработке и консервированию сельхозпродукции, в
сушильных, холодильных установках, в цехах

по выпечке хлеба, в маслобойках, в мастерских по ремонту
сельхозинвентаря и бытовых предметов и т.п. Неподвижный резервуар накопителя энергии наклонен под
углом, равным углу между широтой и перпендикуляром направления экликтики. Черное дно резервуара
непр
ерывно орошается тонким слоем жидкости покрытия под прозрачной пленкой, чтобы, собрав кал
о-
рии, передать их по системе труб в центральный теплообменник. При этом под прикрытием огромных п
о-
лузатененных пространств создается атмосфера свежести. Эти пространст
ва также используются для ра
з-
личных нужд, где необходимы большие перекрытые площади


для рынков и т.п. [7, с.8

12].

Формообразование народной архитектуры демонстрирует тщательно продуманные системы улавл
и-
вания ветра или света, как, например, среднеазиатск
ие дома, находящиеся в условиях резко континентал
ь-
ного климата и жесткой радиации.

Удивительное ансамблевое мышление почти всегда прочитывается в селениях традиционной застро
й-
ки, не вызывающей зрительного раздражения, а, наоборот, ласкающей взор. Покидая п
асторальную кол
ы-
бель и обосновываясь в городе, человек постепенно становится жестче, замкнутее, недоступнее; тот пласт
души, который с младенчества согрет солнцем, уменьшается, как шагреневая кожа, солярный знак исчез
а-
ет из жизни, стирается его сакральное
содержание. Ведь прежде весь год был отмечен разными приближ
е-
ниями светила, чему соответствовал календарь работы на земле. Уклад жизни был измерен солнечным л
у-
чом древних кромлехов [8, с.101

105, 132

133, 153

156].

Семантика традиционного зодчества, язык п
ластических изъяснений при применении гелиоустановок
должны обогатить древние, как мир, сюжеты жилого дома


самого неизменного жанра архитектуры, ра
з-
нообразного, неповторимого, как листья дерева, как линии пальцев человека, как радужная оболочка его
глаз.

Только солнцу по плечу возродить «живых каменьев драгоценный дар» народных пространственных
ансамблей жилища на другом пространственном уровне. Спираль лабиринта солярного знака Крыма,
древнего символа солнца, всегда наиболее почитаемого бога, изображаемо
го в виде всадника или крыл
а-
того коня, а также в виде стрелы с изображением розетки или шара, круга с крестом или птицы, солнечн
о-
го диска бытовала в древнейшем Средиземноморье. В большинстве случаев свои святилища солнцеп
о-
клонники располагали на вершинах г
ор, чтобы в день летнего солнцестояния принести в жертву овцу и
вместе с семьей подняться поближе к святыни, произнести молитвы, в которых попросить об урожае п
о-
лей, приплоде скота и о всяком благоденствии. Бог Солнца


бог добра, ниспровергатель зла, побе
жда
ю-
щий мрак.

Подобное благоговейное отношение к солнцу наблюдается в развитии гелиотехники, в совершенств
о-
вании гелиосистем для возможности оздоровления окружающей среды при учете современных стандартов
жилища и включении национальных особенностей и тради
ционного образа жизни исследуемого региона.
Возможность воссоединить в органичное целое древнейшие и новейшие проявления культуры, матер
и-
альной и духовной, вселяет надежду на создание оригинальных архитектурных ансамблей, удобных для
жизни и интересных сво
ей спецификой для гостей.

Рис. 12. «Митра. Тенгри. Гелиос… ». Архитектурные составляющие коллажа: традиционная застройка
домов на рельефе, аул Согратль, Дагестан; ансамбль жилого комплекса архитектора Моше Сафди, проект
с выставки Монреаль
-
67, Канада.


Ист
очники и литература


1.

Эмери П.А. О роли СIАМ в истории современного градостроительства // Современная архитектура:
Пер. с фр.


1967.


№ 5.


С. 102

104.

2.

Жилые дома
-
67. Монреаль // Современная архитектура: Пер. с фр.


1967.


№ 2.


С. 26

28.

3.

Ванлы С., Памир Д. Дом в Адане // Современная архитектура: Пер. с фр.


1968.


№ 6.


С. 102

103.

4.

Архитектура и строительство Узбекистана. Номер, посвященный реконструкции Ташкента.


1991.


№ I.

5.

Сетя Р.Л. Городская реконструкция Шахпур, Ахмадаба
д, Индия // Современная архитектура: Пер. с
фр.


1968.


№ 6.


С. 72

74.

6.

Куфтин Б.А. Жилище крымских татар в связи с историей заселения полуострова.


М., 1925.


68 с.

7.

Де Бюшер Г., Александров А. Введение в архитектуру сооружений, использующих с
олнечную эне
р-
гию // Современная архитектура: Пер. с фр.


1968.


№ 6.


С. 8

12
.

8.

Гольдштейн А. Башни в горах.


М. Советский художник, 1977.


352 с.

9.

Райт Ф.Л. Будущее архитектуры: Пер. Гольдштейна.


М.: Стройиздат, 1960.


246 с.

10.

Добрынин Б
. Ландшафты горного Крыма // Крым.


1927.


№ 5.


С. 25

41.

11.

Кобычев В.П. Поселение и жилище народов Северного Кавказа в XIX

XX вв.


М.: Наука, 1982.


195
с.

12.

Пузанов И.И. Крым. Путеводитель.


М., 1928.


128 с.

13.

Свен У. Солнечная энергия
и другие альтернативные источники энергии: Пер. со швед.


М.: Знание,
1980.


87 с.

14.

Страутманис И.А. Информативно
-
эмоциональный потенциал архитектуры.


М.: Стройиздат, 1978.


120 с.

15.

Философия древнего и средневекового Китая // История философи
и в кратком изложении.


М.:
Мысль, 1991.


С. 42

65.

16.

Цапенко М.Н. Архитектура Болгарии.


М.: Стройиздат, 1953.


280 с.





Валиева Наиле Абдуллаевна


архитектор, соискатель кафедры древнего
мира и средних веков Таврического национального университе
та (Украина,
Крым, г. Симферополь, тел. (0652) 54
-
68
-
03)




УДК 7.017.03:036 (крм)


Аннотация
. В статье предпринята попытка определить значение о
д-
ной из составляющих системы материальной культуры коренного этноса
Крыма


горного жилища.

Анотація.

В статті
зроблена спроба визначити значення однієї з
складових системи матеріальной культури корінного етносу Криму


гі
р-
ського житла.

Annotation
. The article deals with one of the parts of Crimean indig
e-


that is mountainous habitation.

Ключевы
е слова и понятия
: органичная архитектура; горное ж
и-
лище Крыма;

архитектурный импульс; широтная ориентация Крыма; горная гелиоз
а-
стройка.


Основні слова та вирази
:
органічна архітектура; гірське житло
Криму; архітектурний імпульс; широтна орієнтація Криму;

гірська гелі
о-
забудова.

Rey’s words and understand
in
gs:
organic architecture; mountainous
habitation of Crimea; architectural impulse; latitudinal orientation of Crimea;
mountainous liobuilding.



Приложенные файлы

  • pdf 38014437
    Размер файла: 341 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий